Бесплатные места — Гусев

В бронзовый бок этого лося до сих пор вмяты пули сорок пятого года — и никто не стал их заделывать. Берлинский скульптор Людвиг ФордермАйер отливал фигуру в 1912 году с натуры, наблюдая за живыми лосями в дельте НЕмана. После войны скульптуру увезли в Калининградский зоопарк, и только в девяносто первом ГумбИнненский лось вернулся в родной город. Сегодня его голова красуется на гербе ГУсева — а следы от пуль стали частью памятника, как шрамы на теле города.

Солдат балансирует на колесе судьбы, рядом — вдова и мать: скульптурная композиция Михаила ШемЯкина в ГУсеве посвящена войне, которую называют «забытой». Мемориальный парк открыли 24 августа 2014 года — к столетию Первой мировой, и это единственная работа ШемЯкина во всём Балтийском регионе. Три гектара под открытым небом рассказывают о ГумбИнненском сражении 1914 года, когда русская армия нанесла поражение немецким войскам. Место, которое возвращает памяти то, что из неё вычеркнули.

В Гусеве — бывшем Гумбиннене — стоит бронзовый памятник журналистам районной газеты. Открыли его в 2012 году к 65-летию газеты «За доблестный труд», первый номер которой вышел 2 ноября 1947 года. Скульптор Андрей Шевцов воссоздал рабочее место послевоенного журналиста: венский стул, стол со скатертью, печатная машинка, стакан в подстаканнике и коробка папирос «Казбек».

Этот бронзовый лось — настоящая легенда Гусева. Его отлили в Берлине в 1911 году, а автор — скульптор Людвиг Фордемайер, ученик самого Эдуарда Мане. Скульптуру мотало по всей области: сначала она стояла у гостиницы «Кайзерхоф» на набережной, потом после войны уехала в Калининградский зоопарк, и только в 1991 году её торжественно вернули в Гусев. На ней до сих пор видны следы от пуль — память о штурме 1945 года.

Город назвали в честь человека, который погиб, освобождая именно это место — и памятник стоит там, где он воевал: у моста на улице Победы. Капитан Сергей Иванович Гусев погиб в январе тысяча девятьсот сорок пятого при освобождении ГумбИннена, а через год город переименовали в его честь. Скульптуру белорусского мастера Виктора КОпача открыли седьмого мая две тысячи десятого года — к шестьдесят пятой годовщине Победы. Редкий случай, когда памятник, человек и город связаны не символически, а буквально — географически.

За три века через этот мост прошли четыре государства — Прусское королевство, Германская империя, Третий рейх и Советский Союз — а он так и остался «Королевским». Первый мост на этом месте появился в 1734 году по личному указу Фридриха ВильгЕльма I — прусского «короля-солдата», который даже мосты строил как приказы. Нынешняя конструкция — реконструкция, но декоративные гранитные столбы и историческое имя дошли до наших дней. Мост через ПИссу в самом центре Гусева — и назван он не в честь чего-нибудь, а в честь самой идеи королевской власти.

Перед тобой бронзовый студент, который сидит тут с 2009 года прямо напротив Гусевского политехнического техникума. Автор скульптуры -- Андрей Шевцов. Парень с книгой на коленях стал чем-то вроде местного талисмана: студенты трут ему нос перед экзаменами на удачу. Гусев, кстати, раньше назывался Гумбиннен и был одним из главных городов Восточной Пруссии.

В самом сердце Гу́сева стоит памятник Сергею Ивановичу Гусеву — человеку, который никогда здесь не был. Этот советский партийный деятель дал имя городу в 1946 году, когда Восточная Пруссия стала Калининградской областью. До войны тут была немецкая Гу́мбиннен — один из старейших городов региона, основанный ещё в 1724 году. Сегодня вокруг памятника кипит обычная провинциальная жизнь, а история двух эпох переплетается на каждом шагу.

Это первый в Калининградской области православный храм, построенный специально как памятник погибшим в Первой мировой войне — не во Второй, как привычно, а именно в Первой, о которой в России помнят куда меньше. Храм Всех Святых стоит у реки ПИссы, рядом со скульптурой «Штыковая атака» и военно-мемориальным комплексом — всё вместе создаёт единое пространство памяти. Стилистически он вписывается в окружающую историческую застройку ГУсева, хотя сам по себе сравнительно молодой. Место тихое и торжественное — из тех, где невольно снижаешь голос.

Вилькошен — заброшенный посёлок в 1,2 км южнее Гусева. До войны здесь работал конезавод, а в 1938 году посёлок переименовали в Вольфзек. 21 октября 1944 года Вилькошен взяла 26-я гвардейская танковая бригада, но на следующий день отступила под контратакой. Окончательно посёлок заняли 21 января 1945-го. Сейчас здесь руины — люди ушли, остались только стены.

Перед тобой руины арочного моста через Анграпу в Маяковском. Мост построили в начале XX века, а в октябре 1944 года взорвали в ходе боёв за Неммерсдорф. После войны восстанавливать его не стали -- так и стоят обломки опор уже восемьдесят лет. Мост автомобильный, арочной конструкции -- типичная прусская инженерия, рассчитанная на века. Века не получилось.

Кирха Вальтеркемена — одна из старейших в этих краях, 1653 год постройки. Внутри был орган и деревянная колокольня. В 1920-х у входа поставили памятник погибшим в Первой мировой — его уже нет. Во Вторую мировую крышу посекло артиллерией, а после войны здание приспособили под склад. Сейчас это обветшавшая коробка на перекрёстке в центре посёлка Ольховатка — но стены стоят уже почти четыре века.

Храм целителя Пантелеимона в Маяковском -- современная православная церковь, освящённая епископом Балтийским Серафимом в 2014 году. Маяковское -- бывший Неммерсдорф, посёлок, печально известный событиями октября 1944 года, когда здесь произошли одни из первых столкновений советских войск с мирным немецким населением. Храм -- символ примирения и памяти.

На территории воинской части в Гусеве стоит бывший католический костёл Святого Андреаса — неоготическое здание начала XX века из красного кирпича. После войны он оказался внутри военной базы и стал солдатским клубом. Башню со шпилем снесли, черепицу заменили шифером, а перед входом пристроили прямоугольный объём. Попасть внутрь почти невозможно — закрытая территория.

Кирха Нибудшена — это конец XVII века, когда Пруссия строила лютеранские церкви одну за другой. Строить начали в 1691 году, а уже в 1693-м, не дожидаясь окончания работ, начали проводить службы. Шпиль покрыли позолотой, установили орган, часы, колокол — всё как положено. Но в 2011 году случился пожар, который уничтожил крышу. Сейчас перед тобой — руины с более чем трёхвековой историей.